Хроника белого террора в России. Репрессии и самос - Страница 110

110

Высылаемых лиц разделили на 4 категории по степени опасности для властей: «Всех лиц, заведомо опасных и неблагонадежных вывезти на острова Белого моря, где высланные могли бы оставаться под малочисленной охраной и не погибнуть, будучи предоставленными сами себе… Островами, пригодными для выселения на них, являются остров Анзерск и остров Кондо». Всех арестантов, подлежавших эвакуации, предлагалось из тюрем немедленно переправить на Мудьюг, предварительно проведя сортировку высылаемых. В примечании к докладу указывалось: «Сортировка солдат славяно-британского легиона и военнопленных будет произведена союзным разведывательным отделом». Для ускорения сортировки режим обещал в помощь союзной контрразведке выделить своих офицеров. Начальнику губернии предписывалось срочно очистить помещения на Кондострове и острове Анзерском для приема высылаемых.

13 августа 1919 г. деникинцами расстрелян в Цудахарском ущелье революционер и лакский писатель Гарун Саидов. Он являлся автором первой в дагестанской литературе драмы «Лудильщики» (1914–1916), а также ряда песен.

14 августа 1919 г. деникинские войска заняли Херсон. В первый же день в городе было расстреляно 18 человек.

15 августа 1919 г. уссурийским атаманом И. П. Калмыковым, в ответ на расстрел кадета А. П. Гроссевича, расстреляны арестованные им ранее А. М. Криворучко, Аксенов-Молоднюк, Бернштейн, В. Николаев, И. Казаринов, И. Рубан, Г. Калмыков, Е. Штабной, А. Гетман и комиссар Хабаровской следственной комиссии Титов.

В середине августа 1919 г. в тюрьме Форта-Александровского казнен член уездного исполкома Совдепа А. Г. Баутин.

16 августа 1919 г. окончательно освобожден от колчаковских войск город Курган. Согласно материалам курганского архива, «По Троицкому переулку (ныне ул. Ленина) в доме контрразведки нашли изуродованные трупы. За Тоболом в кустах – целая гора человеческого мяса, изрубленная в куски. Валялись головы с выколотыми глазами, с отрезанными ушами и носами. Это жертвы колчаковщины. «…Мы не встречали ни одного населенного пункта, волости, где бы не было расстреляно 35–50, в уездных центрах 250–300… Вновь созданным органам Советской власти в первую очередь приходилось собирать истерзанные колчаковцами трупы советских людей и организовывать их… захоронение», – вспоминает И. А. Фарафонов». При адмирале А. В. Колчаке в Кургане будет находиться крупная пересыльная тюрьма. При эвакуации колчаковских войск в 1919 г. из нее будет вывезено 430 из 1060 заключенных, остальные стали жертвами условий заключения и эвакуации.

17 августа 1919 г. красными войсками освобожден Ялуторовск. Незадолго до прихода красных войск в городе будут уничтожены две партии политзаключенных: 96 человек было расстреляно в березняке, на месте современной мебельной фабрики, 197 было зарублено шашками за рекой Тобол у озера Имбиряй. Приведшая эти данные заместитель директора местного краеведческого музея Н. М. Шестакова предоставила также данные, что за Тоболом был зарублен шашками ее дед, георгиевский кавалер Яков Алексеевич Ушаков.

18 августа 1919 г. отрядом белого генерала К. К. Мамонтова захвачен в глубоком советском тылу Тамбов. Первоначально жители встретили мамонтовцев хлебом и солью, но постепенно отношение их изменилось. Это связано было как с многочисленными грабежами в городе, так и с усилением расстрельной практики. Если в начальный период шли расправы с представителями советской власти, то к концу пребывания (22 августа) подобные репрессии распространились и на интеллигентские городские круги.

18 августа 1919 г. в Макаров, населенный пункт киевской губернии, вступили деникинские войска. Вышедшая их встречать еврейская делегация из 17 человек была изрублена шашками. Всего же в населенном пункте было убито около 100 евреев.

19 августа 1919 г. белыми войсками 4-й пехотной дивизии Я. А. Слащева взят Николаев. В городе произведены массовые расстрелы. В частности, по воспоминаниям добровольца С. А. Туника, в городе был пойман и повешен командир еврейского батальона самообороны, а захваченные в плен рядовые члены батальона расстреляны на городском кладбище.

О пристрастии Слащева к расстрелам и применениям пыток С. А. Туник упоминал еще весной 1919 г. «Здесь мне приходилось принимать и угощать генерала Шиллинга и генерала Слащева (тогда он был еще полковником). Спирт я доставал в околотке, у старого знакомого д-ра Бершадского. Знакомство пригодилось. Слащеву тогда было лет тридцать пять. Стройный, высокого роста, с довольно красивым лицом, покрытым (если хорошенько присмотреться) сетью очень мелких морщинок. Благодаря своему красноречию всегда был душой общества. Пил много и не пьянел, как и все кокаинисты. Носил казачью форму, на спине всегда большой белый башлык с вышитым шелком черным двуглавым орлом. В первые же дни нашего первого знакомства мне пришлось видеть, как шел «допрос» матроса, взятого в плен: он приказал подвесить его за руки и за ноги к двум столбикам – как в гамаке – и развести под ним костер. Сам Слащев сидел перед ним на скамейке со стаканом в руке. Допрос закончился тем, что «краса и гордость революции» был изжарен».

19 августа 1919 г. деникинскими войсками занят город Ромны Сумской губернии. В городе начались незамедлительные расправы и расстрелы. По данным советских газет, белогвардейцы за время пребывания в Роменском уезде расстреляли около 2 тысяч человек, двое были изрублены казаками за разговор на украинском языке. 172 человека были уничтожены в тюрьмах накануне вступления красных войск в город.

110