Хроника белого террора в России. Репрессии и самос - Страница 81

14 февраля 1919 г. в Ростове-на-Дону расстрелян деникинскими властями бывший полковник русской армии, барон Ф. Боржинский. Обвинение суда заключалось в переходе Боржинского на сторону сепаратистов-изменников (ранее он был представителем Украинской державы на Кубани, где резко критиковал представителей добровольческого движения).

18 февраля 1919 г. в печорском селе Подчерье белые повстанцы расстреляли группу красноармейцев из отряда А. П. Осипова.

25 февраля 1919 г. при МВД Сибирского белого правительства был учрежден отряд особого назначения. «Это подразделение было призвано стать боевой частью для охраны и восстановления государственного порядка и общественного спокойствия, служить резервом для формирования милиции в местностях, освобожденных от советской власти, и быть школой для подготовки опытных чинов милиции».

Хорошо эти отряды охарактеризовал барон А. Будберг: «Сейчас, например, идет формирование отрядов особого назначения, поступающих в распоряжение управляющих губерниями; казалось бы, что в эти отряды надо назначить отборный состав, обеспечить его материально самым широким образом, а у нас все делается как раз наоборот: в отряды идут отбросы армии и чиновничества, очевидно, в надежде нажиться; оклады в отрядах нищенские, одеты они оборванцами и даже не все имеют вооружение. Никакой реальной силы они не представляют, являясь по сущности полуразбойничьими бандами, годными на карательные экзекуции и на расправу с крестьянами, но не способными бороться с красными шайками».

25 февраля 1919 г. – начало знаменитого «Вешенского восстания казаков». Согласно историческому очерку хорунжего П. Кудинова, события развивались следующим образом: «Казаки хутора Шумилина (Казанск[ой] ст[аницы]), зорко наблюдая за передвижениями частей красного пополнения, в ночь под 26 февраля 1919 г. напали на спящий карательный отряд, расположенный в том же хуторе. Комиссары были уничтожены. Истребив отряд грабителей в хуторе Шумилине, доблестные шумилинцы с присоединившимися казаками ближайших хуторов в конном строю помчались в станицу Казанскую, уничтожая по пути красных. В попутных же хуторах призывали казаков присоединиться, и все, кто мог, седлали коней и спешили к родной станице. Около пяти часов ночи под вой зимней вьюги конные повстанцы под командою подхорунжих и урядников окружили станицу Казанскую. Разбившись на группы и определив роль каждой, повстанцы в пешем строю бесшумно двинулись в центр станицы, «ликвидируя» на месте патрули и часовых <…> Уничтожив красных в Казанской, восставшие в количестве 250 человек двинулись на станицу Мигулинскую, лежавшую в 12 верстах от Казанской, захватывая сторожевые пункты наблюдателей».

27 февраля 1919 г. Енисейск занят белыми войсками. Тем самым они отбили город у отряда анархистов, захватившего его еще 4 февраля 1919 г. В литературе приводятся различные данные о количестве расстрелянных (уничтоженных) после занятия города белыми войсками: от нескольких сотен до 600 и даже тысячи. Так, Г. К. Гинс в своих мемуарах писал о 800 человек, намеченных для расстрела. На наш взгляд, эта цифра близка к истине. Так, можно указать на наличие сохранившихся до нашего времени двух братских могил активных участников Енисейско-Маклаковского восстания на Севостьяновском кладбище Енисейска, в которых похоронено 243 и 360 участников. Кроме того, существуют братские могилы в окружающих Енисейск населенных пунктах, также дающие в совокупности более чем сто жертв подавления восстания. Более точны обстоятельства этих казней. Так, здесь была распространена практика «отправки в Туруханск», когда осужденного опускали в прорубь под лед Енисея.

Февраль 1919 г. командующий ВСЮР генерал А. И. Деникин издает приказ № 312, согласно которому создается особая комиссия, которой надлежало рассматривать факты службы «в войсках или военных учреждениях Советской большевистской республики кого-либо из чинов» и уклонения от службы в ВСЮР, а также выяснять, кто избегает службы и обстоятельства этого, чтобы в будущем «придать суду за побег и уклонение от службы тех, кто не представит доказательства законности своей неявки».

Февраль 1919 г. Расстрел железнодорожников в Сибири.

Февраль 1919 г. Замирение белыми войсками Терской области, в частности, было расстреляно около 1 тыс. казаков, служивших в Красной армии, и повешено 300 казаков в сунженских станицах.

Зима 1919 г.: «Поскольку самовольное оставление частей в колчаковской армии приобретало большие масштабы, контрразведывательные органы привлекались к выявлению и задержанию дезертиров. Например, за «один зимний месяц 1919 г. колчаковские органы безопасности и военнослужащие Волжской группы генерала В. О. Каппеля задержали около 400 дезертиров, из которых 27 было приговорено к расстрелу». Об этих событиях кратко упоминает в своих воспоминаниях П. Петров: «Тревоги были не напрасны: один из полков, ранее успешно дравшийся, однажды самовольно ушел в тыл и был остановлен угрозой открытия огня броневиками. Две роты с частью пулеметной команды ушли дальше и кружным путем стали пробираться домой. Были остановлены, по приказу командира корпуса, близ Симского завода добровольцами Каппеля, арестованы и жестоко наказаны. В других полках были мелкие непорядки».

Март 1919 г.

2 марта 1919 г. контрразведкой в Одессе расстреляны члены «Иностранной коллегии» – Жанна Лябурб, Я. Л. Елин (Жак) и другие – всего 11 человек. Корреспондент газеты «Одесские новости» так описал более позднее обнаружение тел убитых: «На рассвете 3-го марта на Большой Фонтанской дороге вблизи 2-го еврейского кладбища и тюрьмы обнаружены 11 трупов, 5 мужчин (евреев) и 6 женщин с огнестрельными ранениями тела. Трупы лежали неподалеку один от другого и, очевидно, были поставлены и расстреляны залпами. Ни у кого из расстрелянных документов не оказалось. По-видимому, они были привезены к месту расстрела на автомобилях… Среди опознанных была семья Лейфман: мать-старушка с дочерьми, их знакомый Швец и одна французская подданная, фамилии которой опознававшая не помнит… Две девушки из числа расстрелянных по имени Вера и Геса Лейфман состояли членами союза работающих иглой. Одна из девушек недавно прибыла из Москвы. Жили на Пушкинской, 24, кв. 13». Отметим, что все арестованные в этот период в Одессе подпольщики во время тюремного заключения, по мемуарам руководителя белой контрразведки Орлова, подвергались пыткам.